|
Как бы и не было этого вовсе
Итак, на смену антропоцентризму — в многообразных его выражениях, поскольку Парацельс очень мало похож на Аристотеля,-пришло механическое мировоззрение, порождающее «настоящую науку». И что — всё? Мы получили результат, наука готова — и можно заканчивать? Нет, остался необъяснённым ещё один момент. Его хорошо видно на истории последующего развития линнеевской системы. Было сказано: отвергнуты звук, цвет, вкус, запах. А разве сейчас ботаникам запрещено различать растения по таким признакам? А если у какого-то растения имеется уникальный состав пигментов, определяющих его особенную биохимию — ботаник не имеет права вносить в систему такой признак? Конечно — имеет. Линнеевская редукция давно — негласно — отвергнута.
Её ведь, в общем-то, не заметили. Линней произвёл нечто подобное ньютоновой редукции опытных данных, он таким математическим образом «преобразовал» природу растения. Из-за того, что ботаника сама сейчас не такая, это свершение Линнея, которое сделало возможным современную биологическую науку, — не осознано. Как бы и не было этого вовсе. После того, как опыт, который «разрешается», его методологически позволено привлекать для создания системы, — был радикальнейшим образом сужен, что и позволило создать первую научную систему растений, этот опыт был. снова расширен. Объект познания снова стал пошире, чем допускал Линней, — всё ещё очень узким по сравнению с антропоцентристскими моделями, но всё же шире линнеева объекта познания. Тем самым биологическая систематика нашла способ перепрыгнуть пропасть в два прыжка.
Нет комментариев. Ваш будет первым!
|
|
